Страстная пятница, первый пасхальный выходной - и музей уже с утра полон до отказа. Главный аттракцион весеннего сезона - ретроспектива работ Вольфганга Тильманса - объявлен открытым.

Понаблюдаем за публикой: сколько здесь двойников, пришедших почтить главного документатора канувшей в лету эпохи техноэйфории 90-х, - эти узнаваемые, хоть и слегка постаревшие лица, будто сошедшие с его ранних, миллионами растиражированных снимков; эти пары мускулистых мужчин все еще с ирокезами, эти уже зрелые женщины с выразительными взглядами… Берлинская ретроспектива давно живущего в Лондоне немецкого фотографа - явление не только культурное, но в каком-то смысле и социологическое, немыслимое вне контекста.

Эта выставка - одновременно и полное собрание сочинений, и история последних десятилетий. Это типичный Вольфганг Тильманс и его "планетарный" (как он сам выражается) способ аранжировки работ: часть - в рамке, часть - приклеена скотчем к стене, часть - в стеклянных боксах; некоторые снимки крепятся где-то невероятно высоко под потолком, так, что разглядеть их невозможно. Вот сразу на входе - стол под стеклом, как у нас в детстве: под стекло мы складывали фантики, марки, фотографии актрис. Так и здесь: настоящее меню с ядовито-ярким мороженым в изящных длинных стаканах, рядом, в унисон, - натюрморт самого Тильманса: два стакана с молочными шейками, клочок бумаги с завораживающей кляксой и австралийской маркой, фотография упаковки от телевизора - сама картонка встретится еще раз, в "Центре изучения правды". Впрочем, таких рефренов здесь много: фрагменты, копии, по-разному оформленные отпечатки: некоторые на столе, другие на стене.

Здесь нет ни хронологии, ни системы; даже ассоциативным этот принцип организации материала не назовешь; скорее, так просто работает человеческий мозг, связывая прошлое с настоящим, медийное с непосредственно увиденным. Вот абстрактные "Огни" (по-разному засвеченная цветная фотобумага) соседствует с теми снимками из 90-х, что прославили фотографа, его серия "Freischwimmer", нефигуративные эксперименты со светом, - с "Видами сверху", городскими панорамами с высоты птичьего полета, в которых вдруг поражает нелогичность, рваность городской структуры, - город есть, а логики в нем нет. Это калейдоскоп, в котором нет глубины, многомерности, рефлексии, только чистая поверхность. Но, как ребристый тротуар возле больницы в одном из лондонских снимков, который должен помешать бездомным уютно спать на обочинах (что-то вроде проволоки на окнах от голубей), так и поверхность для Тильманса - форма, в которой лаконично манифестирует себя эпоха.

Полина Каэль

 

Подарки на праздник Святого Валентина